От фракционности к открытой контрреволюции

"Богдан близкий человек Зиновьева, заведывал секретариатом Зиновьева и был самым доверенным у него лицом. По предложению Зиновьева Богдан был введен в состав террористического центра Москвы и на него,с ведома руководящей группы,было возложено совершить покушение на товарища СТАЛИНА. Примерно, с средины 1933 года Богдан подготавливался к выполнению поручения террористического центра, одновременно тяготился всей тяжестью ответственности, которую поставил перед ним центр и заявил, что он чувствует,что не хватает сил,чтобы довести дело до конца. Он рассказывал, что Бакаев, Евдокимов говорили с ним, ободряли его, чтобы он осуществил данное ему поручение".

(Стенограмма заседания Военной Коллегии Верх.суда Союза ССР,дело П,стр.39-40).

[Л.197] Когда же эти колебания у Богдана продолжались, несмотря на уговоры Бакаева и Евдокимова, он был убит по постановлению троцкистско-зиновьевского центра.

Другой член центра Пикель показал, как в результате этих колебаний, Богдан был убит зиновьевско-троцкистским центром:

"Вопрос о заметании следов террористических преступлений наших ставился не вообще. Мы не только говорили, но и практически разрешили эти задачи. Богдан был убит решением нашей организации за то, что невыполнил террористического акта. Вот вам доказательство того, что этот метод устранения участников был не только теоретическим но и практически разрешался в нашей работе. Накануне, так называемого, самоубийства Богдана, Бакаев провел вместе с ним целую ночь. Беседа сводилась к тому, что Бакаев ставил перед Богданом два пути: или осуществить покушение, или самому расправиться с собой, т.-е. покончить самоубийством. В случае самоубийства ему было предложено изобразить из себя жертву партийной чистки, которая тогда проходила. И насколько я помню, он действительно оставил какую-то записку, в которой говорил о каких-то недоразумениях со своей партийной организацией. Это тогда было нам выгодно". (Там же, стр.91).

[Л.198] Оказывается, что даже убийство своего же исполнителя они постарались использовать в своих двурушнических террористических целях. Зиновьевцы и троцкисты решили убить Богдана, и в то же время ему рекомендовали, чтобы он сам покончил самоубийством и изобразил бы из себя жертву партийной чистки. Они не останавливались перед убийством, как своих собственных членов организации, так и любого другого, который может разоблачить террористическую или вредительскую работу троцкистов. Так, например, когда работавший в Кузбассе инженер Боярышников учуяв, что на шахтах Кузбасса проводится вредительская работа, намеревался сообщить об этом следственным органам, - Боярышников по решению троцкистской организации был убит.

Вот как об этом сообщает на следствии участник убийства Боярышникова - Шестов:

"Мы считали, что любой участник организации, ставящий ее под угрозу провала должен быть немедленно устранен, т.-е. физически уничтожен. Эту же меру мы применяли и к лицам, которые в той или иной части раскрывали нашу к.-р.работу. Бывший вредитель инженер Боярышников, работавший [Л.199] очень добросовестно, желая загладить свое прошлое вредительство, как-то выяснил, что ведется разрушительная работа на руднике. Боярышников обратился ко мне, как к управляющему рудником и сообщил мне о том, что он об этих фактах намерен донести в ГПУ. Для меня стало ясно, что подобное заявление нам грозит провалом всей организации и я решил немедленно убрать Боярышникова. Дал об этом задание Черепухину и Арнольду, и Боярышников был убран. Его подкараулили, когда он проезжал на пролетке около переезда через железную дорогу в узком месте, на него была выпущена машина, ударившая в бок пролетки с такой силой, что он был убит".

(Из показаний Шестова, протокол от 7.1Х.36г)

Только люди, которые совсем превратились в оголтелых бандитов могли дойти до таких приемов борьбы.

Превзошли они всех известных в истории провокаторов и по своим методам проникновения в партию.

Для достижения этих своих контр-революционных целей троцкисты и зиновьевцы считали, что лучшей формой маскировки является сохранение своих членов в рядах ВКП(б) или обманное вступление в партию. Для этого они не брезгуют никакими средствами: подделывают и крадут партийные билеты, [Л.200] выкрадывают из учреждений и подделывают различного рода справки и документы, пользуясь всеми этими подлогами и иными способами обмана, чтобы проникнуть в партию.

О целях этой маскировки с неприкрытой циничностью заявил на следствии один из участников контр-революционной группировки - Ткаченко.

На вопрос следователя, с какими целями он вступил в партию, он ответил:

"Для реального осуществления этих действий (речь шла о вредительских действиях, Н.Е.) нужно быть членом партии, так как будучи вне рядов ее, наша работа была бы затруднительна".

При проверке партдокументов выявлено много случаев, когда исключенные из партии троцкисты и зиновьевцы не сдавали свои партбилеты, сохраняли их при себе, переезжали в другие организации, обманным образом вставали на учет и продолжали числиться членами партии.

Вот некоторые примеры.

В Воронежской области разоблачены активные троцкисты-заведующий райнаробраза Выборнов и директор школы [Л.201] Макаренко, которые ранее были исключены из партии за троцкистскую работу в Тюменском педагогическом институте.

[Л.201] После исключения Макаренко и Выборнов, не сдав своих партбилетов, выкрали в Тюменском райкоме свои учетные карточки, одновременно выкрав и еще 38 учетных карточек других членов партии. Имея на руках партийные билеты и учетные карточки. Выборнов и Макаренко внесли в эти документы исправления и недостающие отметки, переехали в Воронежскую область, устроились на ответственной работе в органах Наркомпроса и продолжали там вести свою контр-революционную троцкистскую деятельность.

В Ленинграде при проверке партдокументов выявлен активный участник троцкистско-зиновьевской оппозиции - Дамбе, дважды исключавшийся из партии. Чтобы скрыть это, он похитил в Центральном райкоме ВКП(б) в Ленинграде 5 чистых бланков учетных партийных карточек, снял со старой учетной карточки марку о прохождении чистки в 1933 году и переклеил ее в новую учетную карточку, заполнив ее заново. Затем он встал на учет в другом районе и продолжал вести [Л.202] свою троцкистскую работу.

Нет такой пакости и гнусности перед которой остановились бы троцкисты и зиновьевцы в своей борьбе против партии и советской власти.

В этой борьбе они используют все средства, все пути, лишь бы осуществить свою затаенную цель - любыми путями и способами прокрасться к власти, чтобы осуществить реставрацию капитализма.

ТРОЦКИСТСКИЙ ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ ЦЕНТР И ЕГО ОРГАНИЗАЦИИ НА МЕСТАХ.

[Л.203]

Двурушничество, террор против лучших людей пролетариата и его партии и прямая связь с фашистами - таковы методы троцкистов и зиновьевцев в их борьбе против пролетарской диктатуры.

Будучи пойманы с поличным, главари этой преступной банды Зиновьев, Каменев, Мрачковский и другие вынуждены были на процессе троцкистско-зиновьевского террористического контрреволюционного центра, состоявшемся в августе 1936 года, публично перед всем миром признаться в этих злодеяниях. Они говорили на процессе, что признают свою контрреволюционную борьбу с пролетарской диктатурой, признают все применявшиеся ими предательские методы борьбы. В своих выступлениях на процессе они пытались создать впечатление искренней раскаянности. Но в действительности это был лишь дальнейший этап их двурушнической тактики. Они и на суде не все сказали.

Они признали часть своих преступлений, в которых и [Л.204] без того они были достаточно изобличены. Но сделали они это с тем, чтобы обеспечить своим последышам возможность и продолжения контрреволюционной работы.

Дальнейшее следствие показало до какой черты докатились троцкисты, зиновьевцы и их подручные.

Этот материал значительно дополняет состав их тягчайшего преступления перед пролетарской революцией по сравнению с тем, что было вскрыто на процессе.

Будучи сами разоблачены пролетарским правосудием, троцкисты и зиновьевцы не выдали своих прямых пособников, стараясь скрыть свои преступные резервы.

Только дальнейшее следствие помогло раскрыть существование троцкистского параллельного центра, о котором на процессе Зиновьев, Каменев и др. только проговаривались. Лишь после процесса над объединенным троцкистско-зиновьевским центром удалось установить наличие параллельного центра и разоблачить ряд скрытых сторонников троцкистов и зиновьевцев, о которых на процессе ни слова не говорилось.

[Л.205] Более того, только после августовского суда стало ясно, что Зиновьев, Каменев и все остальные подсудимые, несмотря на свое старание казаться искренними в признании своих преступлений, скрыли от следствия и суда самые темные, самые отвратительные стороны контрреволюционной деятельности.

На августовском процессе в 1936г. представил перед судом в подавляющем большинстве всем известные активные в прошлом троцкисты и зиновьевцы, не раз изобличавшиеся в своей контрреволюционной работе, и их подручные из числа прямых агентов Гестапо и Троцкого, переброшенные со специальной целью из-за границы.

Но еще задолго до ликвидации троцкистско-зиновьевского террористического центра, представшего перед судом, начал свою работу троцкистский параллельный центр, существование которого они скрыли от пролетарского суда.

Что же это был за параллельный центр?

Кем и когда он был создан и каковы были его цели?

[Л.206] Оказывается параллельный центр был создан по прямому указанию Троцкого, который прислал свои соображения о составе основных участников этого центра и о его деятельности.

Формирование этого параллельного центра происходило с ведома и согласия Зиновьева, Каменева и др.

О составе членов параллельного центра Зиновьев проговорился на процессе в августе месяце 1936 года, назвав фамилии Сокольникова, Серебрякова, Радека и Пятакова, но он не раскрыл прямо перед судом эту преступную организацию, о которой он знал. Лишь дальнейшее следствие помогло раскрыть этот параллельный центр троцкистов и его гнусную деятельность, которую участники августовского процесса троцкистско-зиновьевского центра пытались сохранить.

Сокольников в своих показаниях следующим образом рассказывает о троцкистском параллельном центре и об отношении к нему главарей троцкистско-зиновьевского центра:

"Каменев и Зиновьев говорили о том, что необходимо заранее наметить руководящую группу участников блока, которые должны будут заменить [Л.207] об"единенный центр на случай его провала. В результате переговоров Зиновьева и Каменева с Мрачковским было решено сконструировать на случай провала об"единенного центра руководящую группу в составе: Пятакова, Радека, Серебрякова и меня - Сокольникова. Руководящая группа была сконструирована в указанном выше составе ввиду того, что мы не были скомпрометированы в последние годы в глазах партии, как участники контрреволюционной антипартийной группы. Участники об"единенного центра считали, и не без основания, что мы имеем репутацию людей, давно уже прекративших борьбу с партией. Это обстоятельство обеспечивало нам положение людей,находящихся вне подозрений и поэтому являлось гарантией от возможного провала".

(Сокольников Г.Я., протокол следствия от 25.УШ.1936г.).

Параллельный центр должен был заменить и продолжить работу об"единенного троцкистско-зиновьевского центра по организации террористической работы против руководителей партии и правительства в том случае, когда основной центр будет провален и разгромлен. В целях конспирации и гарантии от провала членов параллельного центра было решено не вводить их в состав основного "об"единенного троцкистско-зиновьевского центра".

[Л.208] Пятаков, этот скрытый агент Троцкого, рассказал об этом следующее:

"Л.Каменев сообщил мне, что об"единенный центр решил меня в состав действующего центра не вводить, а поручить мне в случае провала центра установить связи с Сокольниковым, Радеком и Серебряковым с тем, чтобы эта четверка приняла на себя руководство организацией и продолжала подготовку и осуществление террора. Я дал согласие".

(Пятаков, протокол следствия от 26 октября 1936г.).

"...Центр решил не вводить в свой состав меня, Сокольникова, Радека и Серебрякова. Этот вопрос обсуждался и решено нас "держать в запасе". На случай провала центра мы обязаны повести дело дальше. Он сказал, что с Сокольниковым, Радеком и Серебряковым вопрос уже обсужден и решен положительно".

(Пятаков, протокол следствия от.......... 1936 года).

Но в задачу этого параллельного центра входило не только пассивное выжидание, когда после провала основного центра придет их очередь руководить. Они старались [Л.209] проводить свою работу параллельно с основным центром. Как и полагается во всякой разбойничьей шайке, эти бан-диты не доверяли друг другу, беспокоились как будут они делить между собою результаты победы над социалистическим строем. Радек об этом рассказывает следующее:

"Мрачковский был всегда обеспокоен тем, что зиновьевские группы могут в том или ином месте оказаться сильнее троцкистских...

Несмотря на существование блока Мрачковский не верил в искренность зиновьевцев и боялся, что при положительном исходе борьбы с ВКП(б) за власть в СССР зиновьевцы в случае, если они окажутся сильнее, начнут борьбу с троцкистами за захват наиболее ответственных постов в правительстве... Мы решили, что это нужно исправить. Вначале возник вопрос о том, чтобы ввести дополнительно в центр блока меня, Пятакова и Серебрякова, а от зиновьевцев Сокольникова. Посоветовавшись с Пятаковым, мы решили, что если зиновьевцы этот наш маневр поймут, то возникнут ненужные в подполье споры и что по соображениям конспирации будет целесообразнее не связываться с уже действующим центром, поскольку в него входили такие подмоченные в смысле доверия партии люди, как Смирнов, Мрачковский, Каменев, Зиновьев. Возник второй вариант - создать так [Л.210] называемый "параллельный центр" с преимущественным влиянием в нем троцкистов и об"яснить это зиновьевской стороне, во-первых, теми соображениями конспирации, о которых я говорил выше, и, во-вторых, тем, что на случай провала надо иметь уже готовый "параллельный центр", который бы принял на себя руководство дальнейшей борьбой с партией и правительством".

(Радек, протокол следствия от 4 декабря 1936 года).

Работая совместно, об"единяя свои силы в борьбе против социализма, каждый из них по-волчьи смотрел друг на друга, только и думая как бы перехитрить один другого в случае победы. Этот центр, который по мнению Зиновьева и Каменева должен был являться запасным, на случай провала основного центра, фактически был превращен в параллельный центр. Это санкционировал и сам Троцкий, который подтвердил, что, сохраняя блок с зиновьевцами, входя с ними в об"единенный центр, надо вместе с тем и самостоятельно руководить подготовкой реставрации капитализма.

[Л.211] "Мы, т.е. я и Пятаков, через Ромма запросили по этому вопросу директивы Троцкого. Он ответил, что блок с зиновьевцами нужно сохранить обязательно, что у них есть свои кадры, с которыми не считаться нельзя, указав особенно на Ленинград. Троцкий, поняв наше беспокойство санкционировал наше предложение и указал, чтобы второй центр в составе Радека, Пятакова, Серебрякова и Сокольникова уже сейчас бы практически руководил борьбой".

(Радек, протокол следствия от 4 декабря 1936г.).

В этом же духе освещает этот вопрос и Пятаков:

"Несколько позже я встретился с Радеком, который знал о решении троцкистско-зиновьевского центра относительно создания "запасного центра" в составе: меня - Пятакова, Радека, Сокольникова и Серебрякова. Радек рассказал мне, что Мрачковский недоволен большим перевесом зиновьевцев в центре и ставит вопрос о пополнении центра, причем речь шла обо мне, Радеке, Серебрякова, с одной стороны, и Сокольникове - с другой. Обсудив этот вопрос, мы, т.е. Радек и я пришли к следующему выводу: поскольку решение о "запасном центре" состоялось не стоит его колебать. Если мы будем настаивать на пересмотре, решения и на пополнении центра нами, это, естественно, [Л.212] вызовет реакцию со стороны зиновьевцев и в подполье могут образоваться опасные трения и ненужные споры. Поэтому мысль о вхождении в центр была отброшена, тем более, что и по соображениям конспирации было целесообразно иметь "запасный центр", на случай провала основного центра. А так как в "запасном центре" преимущественное влияние было у троцкистов, то возникла мысль о превращении этого "запасного центра" в "параллельный центр".

Мы решили запросить по этим вопросам Троцкого. Вскоре Троцкий ответил. Ответ Троцкого сводился к тому, что создавать конфликт с зиновьевцами ни под каким видом нельзя, что блок с ними есть чрезвычайно существенный момент во всей борьбе против Сталина и что этот блок должен быть сохранен во что бы то ни стало. Однако, Троцкий считал наше предложение целесообразным и предложил, чтобы "запасный центр" уже сейчас практически приступил к работе. Таким образом смутная идея о параллельной организации , высказанная еще в 1931 году Смирновым, получила в 1933 году свое оформление и была санкционирована Троцким".

(Пятаков, протокол следствия от 19-20 декабря 1936г.).

Чем же занимался этот троцкистский параллельный центр? Чем руководствовались его члены в своей гнусной [Л.213] работе? Вот что рассказывает Радек в своих показаниях по этому вопросу:

"С середины 1935 года, мы, т.е. "параллельный центр" приступили к более активной работе, осуществляя то решение основного центра, которое было принято им еще в 1932 году об образовании "запасного центра". Основными и единственными руководящими материалами в работе были те директивы, которые исходили от Троцкого".

(Пятаков, протокол следствия от 19-20 декабря 1936г.).

Итак, устами ближайших помощников Троцкого заявлено, что как об"единенный центр, так и параллельный центр были созданы при непосредственном участии и на основе руководящих указаний самого Троцкого и по его указанию проводили свою преступную работу.

Они вели свою работу наряду с руководством троцкистско-зиновьевского контрреволюционного центра. А через самое короткое время после разоблачения главарей троцкистско-зиновьевской банды, члены параллельного центра стали проявлять особую активность. Вот что об этом признал на следствии Пятаков:

[Л.214] "Летом 1935 года ко мне в Наркомтяжпром пришел Сокольников Г. Осведомившись у меня, имел ли я разговор с Каменевым в 1932г. о том, что мы - Пятаков, Сокольников, Серебряков Л., Радек К., являемся руководящим центром троцкистской организации и получив от меня подтверждение, Сокольников сказал "пора начинать действовать".

Этот разговор с Сокольниковым, нужно сказать, был месяцев через 6 после убийства Кирова и, как известно, весь состав об"единенного центра, о котором я показал выше, уже был арестован.

Я дал согласие и мы условились, что он - Сокольников будет поддерживать связь с Радеком и со мной, а я с Серебряковым и с Сокольниковым."

(Пятаков, протокол следствия от......... 1936г.).

Таким образом можно установить, что этот параллельный центр был организован в 1932 году наряду с созданием блока троцкистов и зиновьевцев.

В состав участников параллельного центра были включены такие люди, которым легче было скрывать свою связь с троцкизмом. Во всяком случае, такие члены параллельного центра, как Пятаков и Сокольников, Радек и др., которые упорно и искусно скрывали свое лицо озверелых [Л.215] врагов советской страны, всячески стараясь представить дело так, будто бы они преданы линии партии, могли внушать меньше подозрений о чудовищной глубине их предательства и доведенного до тонкости иезуитства.

Понятно, что утонченность двурушничества членов параллельного центра особо затрудняла своевременное разоблачение их преступной деятельности и делала их контрреволюционную работу особо опасной. Члены параллельного центра и их сторонники, маскируясь своей преданностью политике партии, проводили самую подлую, подрывную, контрреволюционную работу, используя для этого свое положение в государственном аппарате. Они организовали контрреволюционные группы в ряде важнейших районов страны.

На Украине организация возглавлялась известными троцкистами двурушниками Коцюбинским, Логиновым, Голубенко. Эта руководящая группа сумела насадить свою агентуру в различных областях Украины, в хозяйственных, советских и научных учреждениях. Отдельным двурушникам удалось [Л.216] даже проникнуть и в партийный аппарат.

В Западной Сибири контрреволюционная организация возглавлялась Мураловым, Дробнисом и Богуславским. Все трудящиеся СССР знают о подлой деятельности этой группы, хотя бы по известным сообщениям в печати о Кемеровском процессе. Такие же группы были созданы троцкистско-зиновьевским запасным центром в Москве, Ленинграде, Азово-Черноморском крае, в Грузии и в Челябинской области.

Какова же была основная установка параллельного центра и тех контрреволюционных групп, которые были созданы на местах? Параллельный центр стоял на тех же позициях, на каких стоял троцкистско-зиновьевский блок. Его программой являлась реставрация капитализма, уничтожение советской власти, поражение социалистического строя и восстановление власти помещиков и капиталистов. Они только еще более зверскими приемами добивались осуществления своих гнусных планов. Поэтому они войдут в историю как самые озверелые враги социалистической революции, которые по своей ненависти к социализму, по своим методам борьбы с ним, оставляют далеко позади любой другой отряд буржуазной контрреволюции.

ТРОЦКИСТСКО-ЗИНОВЬЕВСКИЙ БЛОК И ПРАВЫЕ РЕСТАВРАТОРЫ.

[Л.217]

На основе этой реставраторской программы установился у параллельного центра контакт с центром правых реставраторов. Это соглашение с правыми было установлено по прямому указанию Троцкого.

Еще в 1931 году, когда Пятаков находился в командировке в Берлине, Седов передавая ему установку Троцкого, подчеркнул необходимость об'единения с правыми на основе этих общих установок.

"Троцкий знает, что и правые - Бухарин, Томский, Рыков не сложили оружия, а только притихли. У них есть кадры, есть связи, есть целые группы, подчас очень боевые. Не беда, что у нас только недавно были острые разногласия. Эти разногласия ничто по сравнению с нашей общей антисталинской установкой" - говорил ему Седов.

(Пятаков, протокол следствия от 19-20 декабря 1936г.).

Ради такой цели, как борьба против ленинско-сталинской установки на укрепление победы социализма, можно по мнению троцкистов итти на об'единение и со вчерашними противниками.

Зиновьевская часть блока также признавала необходимость [Л.218] союза с правыми. Пятаков так рассказывает о своей беседе с Каменевым на этот счет:

"В конце 1932 года после моей последней встречи с Седовым у меня произошел разговор с Каменевым.

Каменев сказал мне, что у центра установилась связь с правыми (Бухариным, Рыковым, Томским). "Хорошо - сказал Каменев - если бы и вы сейчас поддерживали необходимую связь с Бухариным, с которым у Вас хорошие отношения".

Желая выяснить насколько Каменев приемлет директивы Троцкого, я задал Каменеву вопрос: "Как центр представляет себе связь с правыми? Ведь только недавно у нас с ними были острейшие разногласия". Каменев ответил мне: "Ю.Л., когда вы, наконец, выйдете из школьного возраста и станете политиком? Вчерашние разногласия не могут быть препятствием для соглашения сегодня,если сегодня есть общая цель, а эта общая цель: 1) свержение Сталина и ликвидация сталинского режима; 2) отказ от построения социализма в одной стране и следовательно, соответствующие изменения экономической политики. На этих двух пунктах мы с правыми очень легко договорились.

(Пятаков, протокол следствия от 1936г.).

[Л.219] Переговоры с Томским о заключении блока зиновьевским и троцкистским центром были возложены на Сокольникова.

Томский полностью согласился с требованиями и установками троцкистского центра и заявил, что правые принимают предложения троцкистов и соглашаются на вступление в блок. Тогда же было обусловлено, что Томский как представитель от правых входит в состав "параллельного центра".

Когда троцкисты и зиновьевцы запрашивают мнение и согласие Троцкого на блок с правыми, он им отвечает, что полностью соглашается с этим предложением. Он обуславливает этот блок только признанием со стороны правых преимущественного и ведущего положения в практической деятельности блока за троцкистами.

"От Троцкого была получена директива, одобряющая блок с правыми, являющаяся ответом на запрос троцкистско-зиновьевского центра о линии Троцкого по вопросу о блоке".

(Из показаний Сокольникова, протокол следствия от 30 августа 1936 года).

И в последнем директивном письме Пятакову Троцкий еще раз напоминает о необходимости "установить контакт с [Л.220] правыми, нащупать и об'единить все антисоветские элементы как внутри партии, так и вне ее". (Пятаков, прот.следствия от .... декабря 1936г.).

Как же сами правые относились к предложениям троцкистов о совместной борьбе против социалистического строя? Ведь правые неоднократно заявляли, что они раскаялись, что они разделяют генеральную линию партии, что они верны делу социализма. На деле оказалось, что это был обман партии. Правые двурушничали, они сохраняли свой центр и поддерживали связь с троцкистами, этими злейшими врагами социализма. Это подтвердили сами участники контрреволюционной организации правых (Угланов, Куликов и др.). Они рассказали, что до последнего времени существовал центр правых в лице Томского, Бухарина, Рыкова и Угланова. Этот центр руководил нелегальной деятельностью всех правых организаций.

Угланов, один из членов центра правых, рассказал следующее:

"Во главе существовавшей до последнего времени организации правых стоял всесоюзный центр. В состав центра входили: Бухарин Н.И., Рыков А.И. [Л.221] Томский М.П., Шмидт В.В. и я - Угланов...

Этот центр сложился еще в 1928 году в период открытой борьбы против партии и в таком же составе продолжал действовать вплоть до последнего времени.

Этот центр сохранился в этом же составе до последнего времени. В состав центра также входил и руководитель ленинградской организации правых Угаров, умерший в 1932г.

Впоследствии я неоднократно, до 1930г. бывал на нелегальных заседаниях центра, происходивших на квартирах Бухарина и Рыкова в Кремле.

Я как член центра организации правых Угланов одновременно являлся руководителем московского центра организации правых, который им - Углановым был создан в 1929г.".

(Угланов, прот.следствия от 10.1Х.1936г.).

В процессе разоблачения троцкистско-зиновьевского блока было определенно установлено, что центр правых знал о существовании троцкистско-зиновьевского блока и его контрреволюционной террористической деятельности. Так, Зиновьев в одном из своих последний показаний говорил:

"В дополнение к тому, что я показал о правых я должен показать еще следующее: фактически мы были с ними в блоке до самого нашего ареста в 1934г.

[Л.222] О создании об'единенного троцкистско-зиновьевского центра и его террористических установках я говорил Томскому, а он обещал информировать "своих". Формальное вхождение правых в об'единенный центр и они и мы считали преждевременным. Мы считали, что пока Томский, Рыков, Бухарин состоят в ЦК, - лучше чтобы они поддерживали нас изнутри, когда наступит решающий момент. По сути же они были всей душою с нами и разделяли все наши решения".

(Зиновьев, прот.следствия от 18.УШ.1936г.).

Встав на путь борьбы за реставрацию капитализма, правые неизбежно должны были притти к соглашению с троцкистами и зиновьевцами, с теми, кто является передовым отрядом международной контрреволюции, кто ставит себе задачей уничтожение социалистического строя. Эти общие цели создают почву для соглашения между ними. На этой почве Каменев и Зиновьев, а позднее Пятаков связываются с представителями правых - Томским и Углановым - и договариваются с ними о вступлении в блок с троцкистами и зиновьевцами для совместной борьбы против партии и советской власти.

Угланов так рассказывает об этих переговорах с [Л.223] троцкистско-зиновьевским центром относительно установления с ними единого блока:

"Каменев дал подробную оценку положения. Перейдя к перспективам, Каменев заметил, что перед лицом такого положения, перед лицом главной опасности, какой является, как он выразился, "сталинское руководство", было бы недостойным революционеров цепляться за старые споры, разделявшие в свое время правых и зиновьевцев, что эти разногласия давно сняты жизнью и что в порядок дня должен быть поставлен вопрос об об'единении усилий всех групп для борьбы за устранение главного врага каким является "Сталин и его группа". Каменев сообщил далее, что соответственное об'единение у них произошло с троцкистами. Я полностью солидаризировался с Каменевым".

(Угланов Н.А., прот.следствия от 23.1Х.36г.).

Оказывается, что Томский, а также Рыков и Бухарин не только знали о контрреволюционной террористической деятельности "параллельного центра", но помогали ему в подпольной работе. Вот, что рассказывает Сокольников об этом:

"...Вскоре после этой встречи в 1934г. в Госиздате с Томским, я встретился с Пятаковым. Встреча произошла снова в кабинете Пятакова в [Л.224] Наркомтяжпроме. Я передал ему мой разговор с Томским. Пятаков указал, что на блок с правыми троцкистская часть центра имеет прямое согласие от Л.Д.Троцкого. Троцкий обуславливает блок признанием преимущественного и ведущего положения в практической деятельности блока за троцкистами. Я не возражал против этого требования троцкистов и согласился передать его Томскому. Далее Пятаков считал, что нужно Томского ввести в состав центра, на что я также дал согласие".

(Сокольников, прот.следствия от 30.УШ.36г.).

Злобно взирая на победу социализма, стремясь к реставрации капитализма в СССР, правые все больше скатывались в лагерь заклятых врагов социализма, имея с ними общую программу - реставрацию капитализма. Имея с ними общую программу - реставрацию капитализма они все больше усваивали гнусные методы их борьбы с социализмом, в которых главное место занимает террор против вождей рабочего класса.

Что члены центра правых стояли за террор, показывает следующая беседа, которая имела место у Бухарина с Сосновским: