Конспект книги Гегеля «Наука логики»

PeopleVladimir Lenin, Georg Wilhelm Friedrich Hegel, Immanuel Kant, Johann Gottlieb Fichte, Friedrich Wilhelm Joseph Schelling, Baruch Spinoza, Gottfried Wilhelm Leibniz, David Hume, John Locke, Karl Marx, Friedrich Engels, Georgi Plekhanov, Ludwig Feuerbach, Lazare Carnot, Victor Chernov TermsPhilosophical Notebooks, Dialectics, Dialectical Materialism, Dialectical logic, Reflection theory, Criterion of practice, Objective, relative and absolute truth, Thing-in-itself, Epistemology, Materialism (philosophy), Idealism (philosophy), Agnosticism, Empirio-criticism, Das Kapital GenealogyHow We Know the World: A Genealogy of Epistemology LearnIntroduction to Epistemology: How Do We Know the World? · Ch. 6 Why does Capital begin with the commodity?

ЛОГИКА. ТОМ V. III Отдел. Идея. II Глава. Идея познания

(стр. 262—327).

[на полях |||: субъективное сознание и его погружение в объективность]

... «Его» (des Begriffs) «реальность вообще есть форма его наличного бытия; всё дело в определении этой формы; на ней основывается различие между тем, что понятие есть в себе или как субъективное, и тем, что оно есть, как погруженное в объективность, а затем в идее жизни» (263).

Seine / Realität überhaupt ist die Form seines Daseins; auf Bestimmung dieser Form kommt es an; auf ihr beruht der Unterschied dessen, was der Begriff an sich oder als subjektiver ist, was er ist, in die Objektivität versenkt, dann in der Idee des Lebens.

[на полях ||: мистика]

[на полях: ? мистика!]

... «Дух не только бесконечно богаче, чем природа, но и... абсолютное единство противоположного в понятии составляет сущность духа»... (264).

der Geist nicht nur unendlich reicher als die Natur ist, sondern / auch die absolute Einheit des Entgegengesetzten im Begriffe sein Wesen ausmacht

[на полях: Гегель против Канта: т. е. что «Я» у Канта пустая форма(«самовысасывание») без конкретного анализа процесса познания]

У Канта «Я» является «некоторым трансцендентальным субъектом мыслей» (264); «притом это Я, по собственному выражению Канта, имеет то неудобство, что для какого-либо суждения о нем мы постоянно должны уже пользоваться им»... (стр. 265) «В своей» (= Канта) «критике этих определений» (именно: abstrakte einsei

als ein transzendentales Subjekt der Gedanken / dies Ich hat dabei, nach Kants eigenem Ausdruck, die Unbequemlichkeit, daß wir uns jederzeit seiner schon bedienen müssen, um irgend etwas von ihm zu urteilen / In seiner / Kritik über jene Bestimmungen

[на полях ||: NB]

[на полях: NB: Кант и Юм — скептики]

tige Bestimmungen «der vormaligen —докантовской — Metaphysik» о «душе») «он» (Кант) «просто следовал юмовой скептической манере, а именно, твердо стоял на том, каким является Я в самосознании, отбрасывая из него, —так как надлежало познать его как сущность, как вещь в себе, — все эмпирическое; таким образом, не оставалось ничего, кроме этого явления: Я мыслю, — которое сопровождает все представления и о котором мы не имеем ни малейшего понятия» (266). # # #

folgte er / nun ganz einfach der Humeschen Manier des Skeptizismus; daß er nämlich das festhält, wie Ich im Selbstbewußtsein erscheint, wovon aber, da das Wesen desselben, das Ding an sich, erkannt werden solle, alles Empirische wegzulassen sei; nun bleibe nichts übrig, als diese Erscheinung des: Ich denke, das alle Vorstellungen begleite, wovon man nicht den geringsten Begriff habe.

[на полях: В чем Гегель видит скептицизм Юма и Канта?]

〔По-видимому, скептицизм Гегель видит здесь в том, что Юм и Кант в «явлениях» не видят являющейся вещи в себе, объективной отрывают явления от истины, сомневаются в объективности познания, alles Empirische отрывают, weglassen, от Ding an sich... И Гегель продолжает:〕

[на полях ||: Нельзя понять вне процесса понимания (познания, конкретного изучения etc. )]

### … «Несомненно, следует согласиться с тем, что ни о Я, ни о чем бы то ни было, даже о самом понятии мы не имеем ни малейшего понятия, покуда мы не постигаем в понятии, а останавливаемся на простом, неподвижном представлении и названии» (266).

Gewiß muß es zugegeben werden, daß man weder von Ich noch von irgend etwas, auch von dem Begriff selbst den mindesten Begriff hat, insofern man nicht begreift und nur bei der einfachen, fixen Vorstellung und dem Namen stehenbleibt.

〔Чтобы понять, нужно эмпирически начать понимание, изучение, от эмпирии подниматься к общему. Чтобы научиться плавать, надо лезть в воду.〕

[на полях |||: Кант ограничивается «явлениями»]

Старая метафизика-де, стремясь познать истину, делила предметы, по признаку истины, на субстанции и феномены. Критика Канта отказалась от исследования истины... «Но останавливаться на явлениях и на том, что в обыденном сознании оказывается просто представлением, значит отказываться от понятия и от философии» (269).

Es heißt aber auf den Begriff und die Philosophie Verzicht leisten, wenn man bei der Erscheinung und bei demjenigen stehenbleibt, was sich im alltäglichen Bewußtsein für die bloße Vorstellung ergibt.

§ А:

«Идея истины. Субъективная идея есть ближайшим образом влечение... Влечение имеет поэтому определенность, состоящую в том, что оно снимает свою собственную субъективность, превращает свою еще абстрактную реальность в конкретную и наполняет ее содержанием мира, который предположен его субъективностью...Так как познание есть идея как цель или как субъективная идея, то отрицание предположенного мира как сущего в себе есть первое отрицание»... (274—275).

Die Idee des Wahren. Die subjektive Idee ist zunächst Trieb / Der Trieb hat / die Bestimmtheit, seine eigene Subjektivität aufzuheben, seine erst abstrakte Realität zur konkreten zu machen und sie mit dem Inhalte der von seiner Subjektivität vorausgesetzten Welt zu erfüllen / Weil das Erkennen die Idee als Zweck oder als subjektive ist, so ist die Negation der als an sich seiend vorausgesetzten Welt die erste

〔т. е. первой ступенью, моментом, началом, подходом познания является его конечность (Endlichkeit) и субъективность, отрицание мира в себе — цель познания сначала субъективна.〕

[на полях ||||: Гегель против Канта:]

[на полях: Кант одну сторону возвел в абсолют у Канта вещь в себе абсолютное «Jenseits»]

«Странным образом в новейшее время» (явно Кант) «эта сторона конечного была закреплена и была признана за абсолютное отношение познания, как будто конечное как таковое и должно было быть абсолютным! С этой точки зрения объекту приписывается некое неведомое свойство быть вещью в себе за пределами познания, и последняя, а вместе с тем и истина, рассматривается, как нечто абсолютно потустороннее

Sonderbarerweise ist in neueren Zeiten / diese Seite der Endlichkeit festgehalten und als das absolute Verhältnis des Erkennens angenommen worden; als ob das Endliche als solches das Absolute sein sollte! Auf diesem Standpunkte wird dem Objekte eine unbekannte Dingheit an sich hinter dem Erkennen zugeschrieben und dieselbe und damit auch die Wahrheit als ein absolutes Jenseits für das Erkennen betrachtet.

[на полях ||: субъективизм Канта]

для познания. Определения мысли вообще, категории, определения рефлексии, равно как формальное понятие и его моменты, получают в этом понимании положение не таких определений, которые конечны сами по себе, а конечных в том смысле, что они суть нечто субъективное по сравнению с упомянутым пустым свойством быть вещью в себе; принятие этого неистинного отношения познания за истинное есть заблуждение, ставшее общим мнением новейшего времени» (276).

Die Denkbestimmungen überhaupt, die Kategorien, die Reflexionsbestimmungen sowie der formale Begriff und dessen Momente erhalten darin die Stellung, nicht daß sie an und für sich endliche Bestimmungen, sondern daß sie es in dem Sinne sind, als sie ein Subjektives gegen jene leere Dingheit an sich sind; dies Verhältnis der Unwahrheit des Erkennens als das wahrhafte anzunehmen, ist der zur allgemeinen Meinung neuerer Zeit gewordene Irrtum.

〔Конечный, преходящий, относительный, условный характер человеческого познания (его категории, причинности и т. д. и т. д. ) Кант принял за субъективизм, а не за диалектику идеи (= самой природы), оторвав познание от объекта.〕

[на полях: Но ход познания приводит его к объективной истине]

... «Но познание должно своим собственным движением разрешить свою конечность и тем самым свое противоречие» (277).

Aber das Erkennen hat durch seinen eigenen Gang seine Endlichkeit und damit seinen Widerspruch aufzulösen.

[на полях: Гегель против субъективного идеализма и «реализма»]

... «Столь же односторонне представлять себе анализ так, как будто в предмете нет ничего такого, что не было бы вложено в него, сколь односторонне полагать, будто получающиеся определения только извлекаются из него. Первое представление высказывается, как известно, субъективным идеализмом, который признает деятельность познания в анализе исключительно за одностороннее полагание, за которым остается скрытой вещь в себе; второе

Es ist ebenso einseitig, die Analyse so vorzustellen, als ob im Gegenstande nichts sei, was nicht in ihn hineingelegt werde, als es einseitig ist, zu meinen, die sich ergebenden Bestimmungen werden nur aus ihm herausgenommen. Jene Vorstellung spricht bekanntlich der subjektive Idealismus aus, der in der Analyse die Tätigkeit des Erkennens allein für ein einseitiges Setzen nimmt, jenseits dessen das Ding an sich verborgen bleibt; die andere

[на полях |] представление принадлежит так называемому реализму, который понимает субъективное понятие как пустое тождество, принимающее в себя определения мысли извне».

Vorstellung gehört dem sogenannten Realismus an, der den subjektiven Begriff als eine leere Identität erfaßt, welche die Gedankenbestimmungen von außen in sich aufnehme.

[на полях |: Объективность логики]

... «Но эти два момента нельзя отделять друг от друга; логическое в своей абстрактной форме, в которой оно проявляется в анализе, конечно, дано лишь в познании, равно как, наоборот, оно есть не только нечто положенное, но и нечто в себе сущее»... (280).

Aber beide Momente sind nicht zu trennen; das Logische ist in seiner abstrakten Form, in welche es die Analyse heraushebt, allerdings nur im Erkennen vorhanden, so wie es umgekehrt nicht nur ein Gesetztes, sondern ein an sich Seiendes ist

〔Логические понятия субъективны, пока остаются «абстрактными», в своей абстрактной форме, но в то же время выражают и вещи в себе. Природа и конкретна и абстрактна, и явление и суть, и мгновение и отношение. Человеческие понятия субъективны в своей абстрактности, оторванности, но объективны в целом в процессе, в итоге , в тенденции, в источнике.〕

〔Очень хорош § 225 Энциклопедии, где «познание» («теоретическое») и «воля», «практическая деятельность» изображены как две стороны, два метода, два средства уничтожения «односторонности» и субъективности и объективности.〕

Einseitigkeit

[на полях |||: NB]

И дальше 281—282 очень важно о переходе категорий друг в друга (и против Канта, стр. 282).

Логика, т. V, стр. 282 (окончание)...

«Кант... заимствует определенную связь, т. е. сами понятия отношений и синтетические основоположения из формальной логики, берет их как данные; их дедукция должна была бы быть изображением перехода этого простого единства самосознания в такие его определения и различения; но Кант избавил себя от труда указать на это поистине синтетическое поступательное движение производящего само себя понятия (282).

Kant / nimmt / den bestimmten Zusammenhang, die Verhältnisbegriffe und synthetischen Grundsätze selbst, von der formalen Logik als gegeben auf; die Deduktion derselben hätte die Darstellung des Übergangs jener einfachen Einheit des Selbstbewußtseins in diese ihre Bestimmungen und Unterschiede sein müssen; aber die Aufzeigung dieses wahrhaft synthetischen Fortgehens, des sich selbst produzierenden Begriffs, hat Kant sich erspart zu leisten.

[Кант не показал перехода категорий друг в друга.]

286—287 — Возвращаясь еще раз к высшей математике (обнаруживая, между прочим, знакомство с тем, как решил Гаусс уравнение xm − 1 = 0), Гегель еще раз касается дифференциального и интегрального исчисления, говорит, что «математика... доныне не была в состоянии оправдать собственными силами, т. е. математически, те действия, которые основываются на этом переходе» (переход от величин каких-то к каким-то), «так как этот переход не математической природы». Leibniz-де, коему приписывают честь открытия дифференциального исчисления, произвел этот переход «самым недопустимым, столь же совершенно чуждым понятию, сколь и нематематическим способом»... (287).

die Mathematik hat / bis diesen Tag nicht dahin kommen können, die Operationen, welche auf jenem Übergange / beruhen, durch sich selbst, d.h. auf mathematische Weise, zu rechtfertigen, weil er nicht mathematischer Natur ist. / auf eine Art gemacht, welche die unzulänglichste, ebenso völlig begrifflos als unmathematisch, ist

«Аналитическое познание есть первая посылка всего умозаключения — непосредственное отношение понятия к объекту; тождество есть поэтому то определение, которое познание признает своим, и это познание есть лишь схватывание того, что есть. Синтетическое познание стремится к пониманию того, что есть, т. е. к охватыванию многообразия определений в его единстве. Оно есть поэтому вторая посылка умозаключения, в которой оказывается соотнесенным различное как таковое. Его целью поэтому является необходимость вообще»(288).

Das analytische Erkennen ist die erste Prämisse des ganzen Schlusses, die unmittelbare Beziehung des Begriffs auf das Objekt, die Identität ist daher die Bestimmung, welche es als die seinige erkennt, und es ist nur das Auffassen dessen, was ist. Das synthetische Erkennen geht auf das Begreifen dessen, was ist, das heißt, die Mannigfaltigkeit von Bestimmungen in ihrer Einheit zu fassen. Es ist daher die zweite Prämisse des Schlusses, in welchem das Verschiedene als solches bezogen wird. Sein Ziel ist deswegen die Notwendigkeit überhaupt.

По поводу приема некоторых наук (например, физики) брать для «объяснения» разные «силы» etc. и подтягивать (натягивать), подгонять факты etc., Гегель делает следующее умное замечание:

[на полях |||: замечательно верно и глубоко]

«Так называемое объяснение и доказательство вводимого в теоремы конкретного материала оказывается отчасти тавтологией, отчасти искажением истинного положения вещей;

Es zeigt sich die sogenannte Erklärung und der Beweis des in Lehrsätze gebrachten Konkreten teils als eine Tautologie, teils als eine Verwirrung des wahren Verhältnisses,

[на полях ||: (ср. политическую экономию буржуазии)]

отчасти же это искажение служило тому, чтобы прикрыть обман познания, которое односторонне подбирало опыты, благодаря чему оно только и могло получать свои простые дефиниции и основоположения; а возражение, почерпнутое из опыта,

teils auch, daß diese Verwirrung dazu diente, die Täuschung des Erkennens zu verstecken, das Erfahrungen einseitig aufgenommen hat, wodurch es allein seine einfachen Definitionen und Grundsätze erlangen konnte, und die Widerlegung aus der Erfahrung

[на полях ||: против субъективизма и односторонности]

оно устраняет тем, что понимает и толкует опыт не в его конкретной цельности, а как пример, и притом с благоприятной для гипотез и теорий стороны. В этом подчинении конкретного опыта предпосланным определениям основа теории затемняется и показывается лишь со стороны, подтверждающей теорию»(315—316).

damit beseitigt, daß es diese nicht in ihrer konkreten Totalität, sondern als Beispiel, und zwar nach der für die Hypothesen und Theorie brauchbaren Seite vornimmt und gelten läßt. In dieser Unterordnung der konkreten Erfahrung unter die vorausgesetzten Bestimmungen wird die Grundlage der Theorie verdunkelt und nur nach der Seite gezeigt, welche der Theorie gemäß ist.

[на полях ||] Старую метафизику [например, Wolf'а пример: смешное важничанье банальностями etc. ] ниспровергли-де Кант и Jacobi. Кант показал, что «строгие доказательства» ведут к антиномиям,

strenge Demonstration

[на полях |||: т. е. Кант не понял всеобщего закона диалектики «конечного»?]

«но о самой природе этого доказательства, которое связано с некоторым конечным содержанием, он» (Kant) «не размышлял; между тем одно должно падать вместе с другим» (317).

aber auf die Natur dieses Demonstrierens selbst, das an einen endlichen Inhalt geknüpft ist, hat er / nicht reflektiert; das eine aber muß mit dem andern fallen

Синтетическое познание еще не полно, ибо «понятие не становится единством себя с самим собой в своем предмете или в своей реальности... Поэтому идея не достигает еще в этом познании истины вследствие несоответствия предмета субъективному понятию. — Но сфера необходимости есть высочайшая вершина бытия и рефлексии; она сама по себе переходит в свободу понятия, внутреннее тождество переходит в свое проявление, которое есть понятие как понятие»...

der Begriff wird nicht als Einheit seiner mit sich selbst in seinem Gegenstande oder seiner Realität / Die Idee erreicht deswegen in diesem Erkennen die Wahrheit noch nicht wegen der Unangemessenheit des Gegenstandes zu dem subjektiven Begriffe. Aber die Sphäre der Notwendigkeit ist die höchste Spitze des Seins und der Reflexion; sie geht an und für sich selbst in die Freiheit des Begriffes, die innere Identität geht in ihre Manifestation, die der Begriff als Begriff ist, über

... «Идея, поскольку понятие для себя является теперь самим по себе определенным понятием, есть практическая идея, действование» (319). И следующий § озаглавлен «В: Идея добра».

Die Idee, insofern der Begriff nun für sich der an und für sich bestimmte ist, ist die praktische Idee, das Handeln. / B. Die Idee des Guten

[на полях: Гегель о практике и объективности познания]

〔Теоретическое познание должно дать объект в его необходимости, в его всесторонних отношениях, в его противоречивом движении an und fur sich. Но человеческое понятие эту объективную истину познания «окончательно» ухватывает, уловляет, овладевает ею лишь когда понятие становится «для себя бытием» в смысле практики. Т. е. практика человека и человечества есть проверка, критерий объективности познания. Такова ли мысль Гегеля? К этому надо вернуться.〕

endgültig / Fürsichsein

〔Почему от практики, действия, переход только к «благу», das Gute? Это узко, односторонне! А полезное?〕

〔Несомненно, полезное тоже входит. Или, по Гегелю, это тоже das Gute? Все это в главе «Идея познания» (II глава) — в переходе к «абсолютной идее» (III глава) — т. е., несомненно, практика стоит у Гегеля, как звено, в анализе процесса познания и именно как переход к объективной («абсолютной», по Гегелю) истине. Маркс, следовательно, непосредственно к Гегелю примыкает, вводя критерий практики в теорию познания: см. тезисы о Фейербахе.〕

[на полях |: Практика в теории познания: (320) «Как субъективное оно» (der Begriff) «опять таки имеет предпосылку некоторого в себе сущего инобытия; оно есть стремление реализовать себя, цель, которая хочет через себя самоё дать себе объективность в объективном мире и выполнить себя. В теоретической идее субъективное понятие как всеобщее, само по себе лишенное определений, противостоит объективному миру, из которого оно берет себе определенное содержание и наполнение. В практической же идее это понятие как действительное противостоит действительному; но уверенность в себе, присущая субъекту в его в себе и для себя определенном бытии, есть уверенность в своей действительности и недействительности мира...».]

[Alias: Сознание человека не только отражает объективный мир, но и творит его.] Понятие (= человек) как субъективное снова предполагает само-в-себе сущее инобытие (= независимую от человека природу). Это понятие (=человек) есть стремление реализировать себя, дать себе через себя самого объективность в объективном мире и осуществить (выполнить) себя. В теоретической идее (в области теории) субъективное понятие (познание?) как общее и само по себе лишенное определенности противостоит объективному миру, из коего оно почерпает определенное содержание и наполнение. В практической идее (в области практики) это понятие как действительное (действующее?) противостоит действительному. Уверенность в себе, которую субъект [здесь вдруг вместо «понятия»] имеет в своем само-в-себе и само-для-себя бытии, как определенного субъекта, есть уверенность в своей действительности и в недействительности мира.

hat als Subjektives wieder die Voraussetzung eines an sich seienden Andersseins; er ist der Trieb, sich zu realisieren, der Zweck, der sich durch sich selbst in der objektiven Welt Objektivität geben und sich ausführen will. In der theoretischen Idee steht der subjektive Begriff, als das Allgemeine, an und für sich Bestimmungslose, der objektiven Welt entgegen, aus der er sich den bestimmten Inhalt und die Erfüllung nimmt. In der praktischen Idee aber steht er als Wirkliches dem Wirklichen gegenüber; die Gewißheit seiner selbst, die das Subjekt in seinem An-und-für-sich-Bestimmtsein hat, ist aber eine Gewißheit seiner Wirklichkeit und der Unwirklichkeit der Welt

[на полях |: [т. е. что мир не удовлетворяет человека, и человек своим действием решает изменить его.] Суть: «Доброе» есть «требование внешней действительности», т. е. под «добрым» разумеется практика человека = требование (1) и внешней действительности (2).]

... «Эта содержащаяся в понятии, равная ему и заключающая в себе требование единичной внешней действительности определенность есть добро. Оно выступает с достоинством чего-то абсолютного, так как оно есть цельность понятия внутри себя, объективное, которому вместе с тем свойственна форма свободного единства и субъективности.

Diese in dem Begriffe enthaltene, ihm gleiche, und die Forderung der einzelnen äußerlichen Wirklichkeit in sich schließende Bestimmtheit ist das Gute. Es tritt mit der Würde auf, absolut zu sein, weil es die Totalität des Begriffes in sich, das Objektive zugleich in der Form der freien Einheit und Subjektivität ist.

[на полях ||: Практика выше (теоретического) познания, ибо она имеет не только достоинство всеобщности, но и непосредственной действительности.]

Эта идея выше, чем идея вышерассмотренного познания, ибо первая имеет достоинство не только всеобщего, но и просто действительного»... (320—321).

Diese Idee ist höher als die Idee des betrachteten Erkennens, denn sie hat nicht nur die Würde des Allgemeinen, sondern auch des schlechthin Wirklichen

[на полях ||: «Деятельность цели направлена не на себя самоё... а на то, чтобы посредством уничтожения определенных (сторон, черт, явлений) внешнего мира дать себе реальность в форме внешней действительности»...]

... «Деятельность цели направлена поэтому не на себя для принятия внутрь себя и усвоения себе некоторого данного определения, а скорее направлена к тому, чтобы положить свое собственное определение и сообщить себе реальность в форме внешней действительности посредством снятия определений внешнего мира»... (321)...

Die Tätigkeit des Zwecks ist daher nicht gegen sich gerichtet, um eine gegebene Bestimmung in sich aufzunehmen und sich zu eigen zu machen, sondern vielmehr die eigene Bestimmung zu setzen und sich vermittelst des Aufhebens der Bestimmungen der äußerlichen Welt die Realität in Form äußerlicher Wirklichkeit zu geben

... «Совершаемое добро есть добро в силу того, что оно есть уже в субъективной цели, в своей идее; совершение дает ему некоторое внешнее существование»...(322).

Das ausgeführte Gute ist gut durch das, was es schon im subjektiven Zweck, in seiner Idee ist; die Ausführung gibt ihm ein äußerliches Dasein

«Со стороны предположенного ему объективного мира, в предположении которого состоит субъективность и конечность добра и который, как нечто другое, идет своим собственным путем, самое совершение добра подвержено препятствиям и даже наталкивается на невозможность»... + (322—323).

Von seiten der ihm vorausgesetzten, objektiven Welt, in deren Voraussetzung die Subjektivität und Endlichkeit des Guten besteht und die als eine andere ihren eigenen Gang geht, ist selbst die Ausführung des Guten Hindernissen, ja sogar der Unmöglichkeit ausgesetzt

〔«Объективный мир» «идет своим собственным путем», и практика человека, имея перед собой этот объективный мир, встречает «затруднения в осуществлении» цели даже натыкается на «невозможность»...〕

objektive Welt / geht ihren eigenen Gang / Hindernissen bei der Ausführung / Unmöglichkeit

+... «Добро остается, таким образом, некоторым долженствованием; оно есть в себе и для себя, но бытие как последняя, абстрактная непосредственность остается в противоположность добру определенным также как некоторое небытие»... + +

Das Gute bleibt so ein Sollen; es ist an und für sich, aber das Sein als die letzte, abstrakte Unmittelbarkeit bleibt gegen dasselbe auch als ein Nichtsein bestimmt

〔Добро, благо, благие стремления остаются СУБЪЕКТИВНЫМ ДОЛЖЕНСТВОВАНИЕМ...〕

[на полях ||||||: Два мира: субъективный и объективный]

+ +... «Идея завершенного добра есть, правда, некоторый абсолютный постулат, но не более, чем постулат, т. е. абсолютное, обремененное определенностью субъективности. Тут еще два противоположных мира, царство субъективности в чистых пространствах прозрачной мысли и царство объективности в стихии некоторой внешней многообразной действительности, которая есть нераскрытое царство тьмы. Полное развитие неразрешенного противоречия, образуемого указанной абсолютной целью, которой непреодолимо противостоит

Die Idee des vollendeten Guten ist zwar ein absolutes Postulat, aber mehr nicht als ein Postulat, d. i. das Absolute mit der Bestimmtheit der Subjektivität behaftet. Es sind noch die zwei Welten im Gegensatze, die eine ein Reich der Subjektivität in den reinen Räumen des durchsichtigen Gedankens, die andere ein Reich der Objektivität in dem Elemente einer äußerlich mannigfaltigen Wirklichkeit, die ein unaufgeschlossenes Reich der Finsternis ist. Die vollständige Ausbildung des unaufgelösten Widerspruchs, jenes absoluten Zwecks, dem die Schranke dieser Wirklichkeit unüberwindlich gegenübersteht

барьер этой действительности, ближе рассмотрено в «Феноменологии духа», стр. 453 и сл. ...» (323). ||

ist in der Phänomenologie des Geistes, S. 453 ff. näher betrachtet worden

[на полях: NB]

〔Насмешка над чистыми «пространствами прозрачной мысли» в царстве субъективности, коему противостоит «тьма» «объективной» «разнообразной» действительности.〕

Räume des durchsichtigen Gedankens / Finsternis / objektiven / mannigfaltigen

[на полях ||||] ... «В последней» ( = der theoretischen Idee в отличие от der praktischen Idee)... «познание знает себя лишь как восприятие, как само по себе неопределенное тождество понятия с самим собой; наполнение, т. е. в себе и для себя определенная объективность, есть для теоретической идеи нечто данное, и истинно-сущим признается наличная, независимо от субъективного полагания, действительность. Наоборот, для практической идеи эта действительность, которая вместе с тем противостоит ей как непреодолимый предел, имеет значение чего-то самого по себе ничтожного, долженствующего получить свое истинное определение и единственную ценность через цели добра. Воля поэтому сама противостоит достижению своей цели тем, что воля отделяет себя от познания и что внешняя действительность не сохраняет для нее формы истинносущего; поэтому идея добра может найти свое дополнение только в идее истины» (323—324).

In der letztern / das Erkennen weiß sich nur als Auffassen, als die für sich selbst unbestimmte Identität des Begriffs mit sich selbst; die Erfüllung, d. i. die an und für sich bestimmte Objektivität ist ihr ein Gegebenes und das wahrhaft Seiende die unabhängig vom subjektiven Setzen vorhandene Wirklichkeit. Der praktischen Idee dagegen gilt diese Wirklichkeit, die ihr zugleich als unüberwindliche Schranke gegenübersteht, als das an und für sich Nichtige, das erst seine wahrhafte Bestimmung und einzigen Wert durch die Zwecke des Guten erhalten solle. Der Wille steht daher der Erreichung seines Ziels nur selbst im Wege dadurch, daß er sich von dem Erkennen trennt und die äußerliche Wirklichkeit für ihn nicht die Form des wahrhaft Seienden erhält; die Idee des Guten kann daher ihre Ergänzung allein in der Idee des Wahren finden.

[на полях: Nota bene]

〔Познание... находит перед собой истинное сущее как независимо от субъективных мнений (Setzen) наличную действительность. (Это чистый материализм!) Воля человека, его практика, сама препятствует достижению своей цели... тем, что отделяет себя от познания и〕

〔не признает внешней действительности за истинносущее (за объективную истину). Необходимо соединение познания и практики.〕

И тотчас вслед за этим:

|| ... «Но этот переход она совершает через самое себя» (переход идеи истины в идею добра, теории в практику и vice versa). «В заключении действования первая посылка есть непосредственное соотношение доброй цели с той действительностью, которой эта цель овладевает и которую она во второй посылке направляет против внешней действительности, как внешнее средство» (324).

Sie macht aber diesen Übergang durch sich selbst / In dem Schlusse des Handelns ist die eine Prämisse die unmittelbare Beziehung des guten Zweckes auf die Wirklichkeit, deren er sich bemächtigt und in der zweiten Prämisse als äußerliches Mittel gegen die äußerliche Wirklichkeit richtet.

[на полях: NB NB]

〔«Заключение действования»... Для Гегеля действование, практика есть логическое «заключение», фигура логики. И это правда! Конечно, не в том смысле, что фигура логики инобытием своим имеет практику человека (= абсолютный идеализм), а vice versa: практика человека, миллиарды раз повторяясь, закрепляется в сознании человека фигурами логики. Фигуры эти имеют прочность предрассудка, аксиоматический характер именно (и только) в силу этого миллиардного повторения. 1-ая посылка: благая цель (субъективная цель) versus действительность («внешняя действительность») 2-ая посылка: внешнее средство (орудие), (объективное) 3-ья посылка, сиречь вывод: совпадение субъективного и объективного, проверка субъективных идей, критерий объективной истины.〕

Schluß des Handelns / äußerliche Wirklichkeit

... «Совершение добра вопреки противостоящей ему, другой по отношению к нему действительности, есть то опосредствование, которое по существу необходимо для непосредственного соотношения и действительного осуществления добра»...

Die Ausführung des Guten gegen eine gegenüberstehende andere Wirklichkeit ist die Vermittelung, welche wesentlich für die unmittelbare Beziehung und das Verwirklichtsein des Guten notwendig ist

... «Но если бы цель добра этим» (деятельностью) «все-таки не была бы выполнена, то это было бы возвратом понятия на ту точку зрения, которую понятие имело до своей деятельности, — на точку зрения, с которой действительность определена как ничтожная и все же предположена как реальная; этот возврат становится прогрессом в дурную бесконечность и имеет свое основание единственно в том, что при снятии указанной абстрактной реальности это снятие также непосредственно забывается, или забывается, что эта реальность, наоборот, уже была предположена как сама по себе ничтожная, не объективная действительность» (325).

Wenn nun der Zweck des Guten dadurch / doch nicht ausgeführt sein sollte, so ist dies ein Rückfall des Begriffs in den Standpunkt, den der Begriff vor seiner Tätigkeit hat, - den Standpunkt der als nichtig bestimmten und doch als reell vorausgesetzten Wirklichkeit; - ein Rückfall, welcher zum Progreß in die schlechte Unendlichkeit wird, seinen Grund allein darin hat, daß in dem Aufheben jener abstrakten Realität dies Aufheben ebenso unmittelbar vergessen wird, oder daß vergessen wird, daß diese Realität vielmehr schon als die an und für sich nichtige, nicht objektive Wirklichkeit vorausgesetzt ist.

[на полях: NB]

〔Неисполнение целей (человеческой деятельности) имеет своей причиной (Grund) то, что реальность принимается за несуществующее (nichtig), что не признается ее (реальности) объективная действительность.〕

«Так как через деятельность объективного понятия внешняя действительность изменяется и ее определение тем самым снимается, то именно этим ее лишают характера исключительно только являющейся реальности, внешней определимости и ничтожности, и она тем самым полагается как сущая в себе и для себя»... +

Indem durch die Tätigkeit des objektiven Begriffs die äußere Wirklichkeit verändert, ihre Bestimmung hiermit aufgehoben wird, so wird ihr eben dadurch die bloß erscheinende Realität, äußerliche Bestimmbarkeit und Nichtigkeit genommen, sie wird hiermit gesetzt als an und für sich seiend

[на полях: NB]

[на полях: |||NB]

〔Деятельность человека, составившего себе объективную картину мира, изменяет внешнюю действительность, уничтожает ее определенность ( = меняет те или иные ее стороны, качества) и таким образом отнимает у нее черты кажимости, внешности и ничтожности, делает ее само-в-себе и само-для-себя сущей (= объективно истинной).〕

+... «Этим вообще снимается указанное предположение, именно, определение добра как некоторой только субъективной и по своему содержанию ограниченной цели, необходимость еще только реализовать последнюю через субъективную деятельность и самая эта деятельность. В результате опосредствование само себя снимает; результат есть непосредственность, которая есть не восстановление предположения, а, наоборот, его снятость. Тем самым идея в себе и для себя определенного понятия положена уже не только в действующем субъекте, а также как некоторая непосредственная действительность, и, наоборот, последняя, как она есть в познании, положена так, что она есть истинносущая объективность» (326).

Es wird darin die Voraussetzung überhaupt aufgehoben, nämlich die Bestimmung des Guten als eines bloß subjektiven und seinem Inhalte nach beschränkten Zwecks, die Notwendigkeit, ihn durch subjektive Tätigkeit erst zu realisieren, und diese Tätigkeit selbst. In dem Resultate hebt die Vermittelung sich selbst auf, es ist eine Unmittelbarkeit, welche nicht die Wiederherstellung der Voraussetzung, sondern vielmehr deren Aufgehobensein ist. Die Idee des an und für sich bestimmten Begriffs ist hiermit gesetzt, nicht mehr bloß im tätigen Subjekt, sondern ebensosehr als eine unmittelbare Wirklichkeit, und umgekehrt diese, wie sie im Erkennen ist, als wahrhaft seiende Objektivität zu sein.

〔Результат действия есть проверка субъективного познания и критерий ИСТИННОСУЩЕЙ ОБЪЕКТИВНОСТИ.〕

... «В этом результате тем самым познание восстановлено и соединено с практической идеей, преднайденная действительность определена вместе с тем как выполненная абсолютная цель; но не так, как в ищущем познании, только как объективный мир, лишенный субъективности понятия, а как такой объективный мир, внутреннее основание и действительное существование которого есть понятие. Это — абсолютная идея» (327). ((Конец главы II. Переход к главе III: «Абсолютная идея». ))

In diesem Resultate ist hiermit das Erkennen hergestellt und mit der praktischen Idee vereinigt, die vorgefundene Wirklichkeit ist zugleich als der ausgeführte absolute Zweck bestimmt, aber nicht wie im suchenden Erkennen bloß als objektive Welt ohne die Subjektivität des Begriffes, sondern als objektive Welt, deren innerer Grund und wirkliches Bestehen der Begriff ist. Dies ist die absolute Idee.